Георгий Лепин: «Атом не может быть мирным»
Мнение эксперта БАЯК - Георгий Лепин
20.05.2011 00:00

Недавно в Бресте побывал известный физик-ядерщик, профессор, доктор технических наук Георгий Лепин. Значительную часть своей жизни он посвятил изучению чернобыльской проблематики. В течение шести лет после аварии работал на ЧАЭС. Отстаивает идею безъядерного статуса Беларуси, о чем рассказывал студентам БрГУ имени А.С. Пушкина и на встрече с экологической общественностью нашего города. Журналист «Вечерки» задал ученому несколько актуальных вопросов.

 

Георгий Федорович, почему Вы, собственно, против мирного атома?

– Во-первых, я категорически не согласен с самим термином «мирный атом». Атомная энергетика возникла и развивается в тесной связи с ядерным оружием. У атомщиков денег много, и они, пользуясь широкой поддержкой государства, в многочисленных книгах, статьях, теле- и радиопередачах убеждают нас в том, как хороши и полезны атомные станции. При этом умалчивают о тех бедах, которые те несут, избегают говорить о своих ошибках и просчетах, об опасном влиянии атомной индустрии на живую природу и человека. Еще задолго до окончания Второй мировой войны в гитлеровской Германии активно велись работы по созданию так называемого «оружия возмездия». Это было оружие, использующее в военных целях энергию атомного ядра. Фашисты были совсем близки к цели. Но, к счастью, не успели! Истины ради хотелось бы сделать очень важное отступление. В Германии созданием атомного оружия занималась группа величайших ученых-физиков того времени. Понимая, чем грозит всему миру использование этого оружия Гитлером, они делали все, чтобы «не успеть». Даже понимая всю меру личного риска. А вот разума у американских ученых и у тех, кто ими руководил, не хватило. Безрассудство Хиросимы и Нагасаки – плата за отсутствие разума. Так вот, начинка атомных бомб – плутоний. В природе этот материал отсутствует. Получить его можно из урана U-238 в результате ядерной реакции, проходящей в условиях атомного реактора. И если кто-нибудь будет убеждать вас, что создавались реакторы в мирных целях, не верьте ушам своим. Во-вторых, и это самое важное, сейчас в мире не существует экологически безопасного типа ядерного реактора. Атомная энергетика – технология высокого риска (опасность ядерных инцидентов на АЭС в 15 раз выше, чем на ТЭЦ на природном газе). Это технология богатых стран. Печальный опыт катастрофы на Чернобыльской АЭС показал: масштабы последствий ядерной аварии таковы, что экономического потенциала одного государства недостаточно, чтобы обеспечить радиационную защиту всего населения страны. Чернобыльская авария уже привела народ Беларуси к тяжелейшим потерям, и любое дополнительное радиационное воздействие и загрязнение территории республики, связанное с размещением на ней АЭС, способно сделать эти потери и последствия катастрофически необратимыми.

А как Вам аргумент, что атомная энергетика – самая дешевая по сравнению с традиционными источниками?

– В свое время заинтересованность военных давала возможность списывать большую часть расходов по строительству атомных реакторов на их конечный продукт – ядерное взрывчатое вещество. Стоимость же самих атомных станций существенно занижалась. И тем, кто этого не знал, внушалась мысль, что все это очень «мирно» и очень дешево. Детальный экономический анализ производства электроэнергии на АЭС показал, что их использование является экономически невыгодным. Как утверждает ведущая финансовая газета мира «Файнэншл таймс» (1996 г.), «газовая электростанция мощностью 1000 МВт сегодня стоит 670 млн долл. США и может быть построена за два года. АЭС такой же мощности будет стоить 3,4-5,0 млрд долл., и на ее сооружение необходимо восемь лет. За 15 лет стоимость строительства только возросла. По оценкам экспертов МАГАТЭ, на сооружение белорусской АЭС потребуется от 10 до 12 миллиардов долларов, а вовсе не 5-6, как нам обещали еще год назад. Себестоимость 1 киловатт-часа энергии, произведенной на АЭС, – минимум 15 центов, на ТЭЦ – 3,5 цента. Какая же здесь экономия? Я уже не говорю о том, что надо строить хранилище отходов, что вывод атомной станции из эксплуатации обходится почти во столько же, сколько ее строительство, что в Беларуси нет сетей для передачи энергии, которую планируют вырабатывать на АЭС. Но об этих издержках предпочитают умалчивать.

Вы говорите о больших рисках, которые таит в себе будущая белорусская АЭС. В чем заключаются эти риски?

– Это и симбиоз нашей бесхозяйственности, полнейшей бесконтрольности, вседозволенности и безответственности. И неготовность государства к «встрече» с серьезными авариями и катастрофами, полнейшее отсутствие технических средств для устранения их последствий, для защиты людей от них. Это и привычный для нас принцип «Мы за ценой не постоим». Мне довелось исследовать причины взрыва в Чернобыле. И сегодня я могу с полной уверенностью заявлять: это был рукотворный взрыв. Само «здание» этой катастрофы «сооружено» людьми, сделавшими все от них зависящее, чтобы взорвать этот реактор. «Чернобыльщина» – яркое проявление нашей психологии. Не избавившись от нее, мы не имеем права претендовать на использование столь сложных и опасных технологий, как атомная энергетика. Это касается не только высоких чинов, скрывавших после аварии на ЧАЭС огромную опасность для людей. Это касается всего общества. К примеру, что заставило титулованных медиков твердить об отсутствии тяжелых последствий, знавших, что эти последствия давно наступили? Их «выдающимся» изобретением стало клеймо, которого удостаивался каждый, кто имел неосторожность заболеть после Чернобыля: «с радиацией не связано». Академик П.Л. Капица удачно и очень точно, на мой взгляд, высказался: «АЭС – это атомная бомба, дающая электричество». И стоит очень хорошо подумать, а лучше провести референдум, настоящий, не формальный, прежде чем принимать решение о строительстве потенциально опасного объекта.

Но Владимир Путин заверил белорусов, что российский реактор нового поколения отвечает всем современным требованиям безопасности. Что Вы на это скажете?

– Я уже говорил о том, что не бывает абсолютно безопасных реакторов. Но «спасибо» российским начальникам: они правильно нас поняли и подобрали для нас реактор, о котором сами пока ничего сказать не могут, потому что он нигде в мире еще не применяется. То есть на нас с вами будут проводить эксперименты. А вы думаете, идея завозить в Россию отходы атомных реакторов из других стран нас не касается? Для ее прикрытия российские атомщики стараются убедить всех, что из этого «радиоактивного навоза» они будут производить очень выгодное топливо для атомных реакторов. Но ведь во всем мире от реакторов подобного типа уже отказались. А по нашим дорогам везти эти отходы из Европы проще: это ведь не Германия, где люди в знак протеста на рельсы садятся. Вот почему, когда у нас, небольшой группы ученых, появилась мысль создать общественное движение «Ученые за безъядерную Беларусь» (казалось бы, разумная идея – во всем мире такое движение становится все более распространенным), это вызвало совершенно неестественную реакцию на самом верху: нас обвинили в том, что мы, дескать, не ученые, а «бандиты от науки, просто враги нашего народа». Вот так у нас борются с теми, кто не высказывает восторга по поводу включения Беларуси в число ядерных государств. Вы знаете, я не злорадствую по поводу нынешних экономических трудностей, но благо, видать, уже в том, что они могут затормозить реализацию столь авантюрного проекта, как строительство АЭС.

Источник: Вечерний Брест/ экология и природа

 
English (United Kingdom)Russian (CIS)

facebookliveinternetvkontakte

Рейтинг@Mail.ru